написать письмо первая страница первая страница switch to english
Межрегиональное общественное движение 'За правовую поддержку отечественных товаропроизводителей'
Первая страница
Движение "За правовую поддержку отечественных товаропроизводителей"
Направления работы
Журнал "Недвижимость и инвестиции. Правовое регулирование"
Об издании
Очередной номер
Подписка
Наши партнеры
Архив
Журнал "Право и безопасность"
Об издании
Очередной номер
Подписка
Наши партнеры
Архив
Правовая поддержка предприятий
Информационный сайт по недвижимости "Диалит-Недвижимость"
Правовая поддержка НКО
Центр правовой поддержки некоммерческих организаций
Контакты
Адреса, телефоны, электронная почта
Правовая информация

Журнал "Недвижимость и инвестиции. Правовое регулирование"

Номер 1 (22) Март 2005г

Анализ проблем государственного регулирования экономики

Миронов С.М., Председатель Совета Федерации ФС РФ

Укрепление государственности - это один из ключевых сегодня факторов экономического роста. В связи с этим давайте, прежде всего, попробуем ответить на вопрос: а зачем, собственно, вообще нужен экономический рост? Деньги, ресурсы, экономические показатели, которые он дает - это лишь средство. А цель - решить какие-то проблемы, действительно важные для жизни людей и всей страны. Необходимо определить приоритеты.

Что же в нашей экономике больше всего мешает жить людям, что больше всего тормозит развитие России? Попытаюсь ответить на этот вопрос, сославшись на мнение очень искушенного эксперта. Он, кстати, часто бывал в этом здании примерно 100 лет назад - правда, не в ФИНЭКе, а в Государственном банке.

Сергей Юльевич Витте. Министр путей сообщения, министр финансов, премьер-министр. Очень неоднозначная личность. Но при любом к нему отношении, бесспорно, - человек умный, знающий, с деловой хваткой и громадным практическим опытом. Он многое повидал и многое успел сделать. Транссиб. Государственная монополия на водку. Золотой рубль. Мир с Японией после Цусимской катастрофы. Манифест 17 октября и созыв Думы.

И вот в преклонном возрасте Витте пишет мемуары. Как вы думаете, что этот человек, прошедший огни и воды в экономике, в дипломатии, в государственном управлении, считал главной проблемой России? Не климат или огромные расстояния. Не внешние угрозы или внутренние заговоры. А то, что в экономическом отношении русский человек представляет собой, по сравнению с европейцем, не персону, а полу-персону и даже четверть-персону.

И в этом трагизм тогдашнего положения России. В этом ограниченность возможностей ее развития, в том числе и экономического. Два полюса общества. На одном блестящая культура, суперсовременные проекты - тот же Транссиб, огромные военная мощь и влияние в мировой политике. «Европа может подождать, когда Русский Царь удит рыбу».

Но все это великолепие покоилось на зыбком фундаменте. 80% населения задавлено бедностью, в массе своей малограмотно, не имело в жизни перспективы. Потому что перспектива связана с образованием, с квалифицированным трудом, а именно этого лишает людей хроническая бедность. Основная масса народа была отчуждена от своего государства. Не только формально, по представительству во власти, но и по существу, по интересам, выражаемым политикой государства.

Как удавалось нашей стране сотни лет жить и успешно развиваться при такой неустойчивой социальной конструкции? Все держалось силой государства. И именно государство своей активной экономической политикой обеспечило условия для такого промышленного подъема России в начале ХХ века, который во многих отношениях не превзойден по сей день. У страны появился шанс создать стабильное общество с массовым средним классом. Но стоило расшатать государственный механизм - и он надломился как раз в том месте, на которое указывал Витте. Двух лет не прошло после его смерти.

Я далек от мысли проводить прямые аналогии между нашим временем и эпохой революций. Всего 15 лет назад, в начале экономического кризиса, у нас было довольно однородное общество. Наши граждане и сегодня в целом отличаются высоким уровнем образования, квалификации. У страны есть все необходимое, чтобы развивать эффективную современную экономику.

Но давайте посмотрим, что представляет собой среднестатистический российский гражданин в экономическом отношении по сравнению с европейцем или американцем. По ВВП - как раз ту самую пресловутую «четверть-персону», о которой писал Витте. 8 тыс. долларов в год на душу населения против 30 тыс. у них. Это результат 10 лет кризиса, последствия которого не удалось полностью преодолеть за 5 лет восстановления экономики. И в 1989 г. Россия заметно отставала от наиболее развитых стран по уровню жизни и производства, а за прошедшие 15 лет они еще ушли далеко вперед.

Те, кому сегодня 40-50 лет, получили образование и профессиональную подготовку до кризиса. Но даже из них многие, кому все эти годы не пришлось работать по специальности из-за спада производства, уже утратили часть своей квалификации. А значительная часть молодого поколения уже и не получает знаний и навыков, необходимых для работы в современной экономике, для использования современной техники и технологий. То есть квалификационный потенциал нашего населения не воспроизводится. Вот, кстати, еще один аргумент к дискуссии о платном образовании.

Это серьезнейшая проблема. Бедность страшна не только тем, что люди испытывают материальные лишения и нравственные страдания. Такая бедность заканчивается вместе с кризисом, ее породившим. Но если бедность затягивается на десятилетия, если она передается в следующее поколение - это страшно своей безысходностью. Люди привыкают к определенному образу жизни, образу мыслей. Их дети другого и не знают. И когда рост экономики создает спрос на квалифицированный труд, дает возможность молодым людям получить хорошую работу, они к этому оказываются уже не готовыми. На этом экономический прогресс заканчивается. Возникает порочный круг, в котором сегодняшняя бедность порождает бедность завтрашнюю.

Россия пока не столкнулась с этим в полной мере, у нас бедность еще не стала застойной. Но контуры проблемы уже можно различить на горизонте, если государство вовремя, прямо сейчас не начнет ее решать.

Мы легко можем снова загнать себя в ловушку, когда успешное меньшинство и бедное большинство станут как бы двумя разными нациями в одной стране - настолько мало общего будет иметь весь образ их жизни от рождения до смерти. Это ситуация, характерная не только для дореволюционной России, но и в разной степени для большинства среднеразвитых и бедных стран, - одно из главных препятствий для их нормального развития.

Если государство допустит, чтобы огромная масса граждан «выпала» из нормальной жизни общества, допустит разрыв, отчуждение между проводимой политикой и реальными интересами большинства населения - это было бы, возможно, самой большой ошибкой, какую вообще можно представить себе в экономической политике. И по масштабу негативных последствий, и по необратимому их характеру.

Но это не значит, что Россию надо превратить в государство бедных и для бедных. Ровно наоборот. Необходимы решительные меры, чтобы вырвать людей из бедности, создать условия для их реинтеграции, возвращения в современное общество, в современную экономику. Это важнейшая задача государственной политики.

Вот почему Совет Федерации при рассмотрении экономических и социальных проблем, законопроектов всегда особое внимание уделяет вопросам уровня и качества жизни населения, развитию современного производства, созданию современных рабочих мест, особенно в тех регионах и для тех слоев населения, которые в наибольшей степени сталкиваются с угрозой застойной бедности. Экономическая и социальная интеграция общества - это условие не только политической стабильности, но и успешного развития страны.

Только сильное государство, только эффективная власть, проводящая активную экономическую политику.

Насколько вяжется такая постановка вопроса с идеями о необходимости рыночного хозяйства, о его принципиальных преимуществах по сравнению с той плановой экономикой, которая существовала в СССР? Здесь нет никакого противоречия. Приведу пример.

В январе 2004 г. Дж.Буш объявил, что в 2015-20 гг. США намерены построить постоянную базу на Луне и совершить пилотируемый полет на Марс. Это вызвало массу самых разнообразных комментариев из области науки, техники и политики. Но одна очень важная сторона дела осталась в тени. Американцы планируют свою космическую программу, как минимум, на 16 лет вперед. А значит, планируют и технологическое развитие, и освоение его результатов в производстве, и выделение финансирования.

Если судить о зарубежной экономике только по нашим СМИ, то такой поворот темы выглядит неожиданным. Потому что с начала реформ 90-х гг. и по сей день проводится мысль, будто государственное регулирование, тем более планирование, - синоним отсталости, а передовые страны давно отказались от этого пережитка и успешно развиваются благодаря чудесным свойствам свободного рынка.

На самом деле "невидимая рука" рынка не в состоянии заменить собой активную промышленную политику государства. Мировая практика подтверждает эту истину тысячами разнообразных способов. Ни прорывы в космос, ни опережающее развитие перспективных высокотехнологичных отраслей, ни структурные сдвиги в экономике какой-либо страны не могли быть реализованы без той или иной формы государственной поддержки, государственного регулирования, заинтересованного участия государства.

США по традиции считаются самой либеральной из крупных развитых стран. Но без масштабных государственных программ, рассчитанных на длительную перспективу, здесь не обходится решение ни одной важнейшей проблемы со времен Великой депрессии 30-х гг. и "нового курса" Франклина Рузвельта. "Манхэттенский проект" создания ядерной бомбы и "Лунная программа" - лишь самые известные из тысяч таких программ, которые реализуются и в научно-технологической, и в экономической, и в социальной сферах.

Еще более широкие масштабы имеет государственное регулирование в странах Западной Европы и в Японии. Здесь доля государства в экономике достигает 50-60%. Франция, скажем, дала миру классический пример успешного решения экономических и социальных проблем на основе общенациональных индикативных планов. Эти планы не подавляют бизнес, а создают для него заинтересованность в решении приоритетных для страны задач. Китай - еще одно подтверждение того, что в современном мире мощнейший государственный сектор и долгосрочное планирование вполне способны быть не помехой, а залогом успешного экономического развития.

Надо без ложной скромности отметить, что именно наша страна впервые освоила такой мощный инструмент управления развитием, как план. Благодаря использованию его огромного созидательного потенциала были достигнуты большие и важные результаты в научно-техническом развитии, в решении экономических и социальных проблем, что позволило СССР войти в число мировых лидеров. И сегодня нужно не отрекаться от собственного опыта опережающего развития, а научиться использовать его в изменившихся экономических условиях. Благо есть многочисленные примеры того, как этот наш опыт реализации планов и программ осваивался за рубежом, успешно приспосабливался к различным национальным моделям рыночного хозяйства.

Рыночные отношения - фундамент эффективной экономики. Но абсолютно свободный рынок, где государство выполняет лишь функции "ночного сторожа", существует только в учебниках для начинающих изучать экономику, как необходимое упрощение. Джозеф Стиглиц, лауреат Нобелевской премии по экономике, именно о наших реформах 90-х гг. писал, что "учебники по экономике хороши лишь для студентов, а не для правительств, пытающихся впервые наладить рыночные механизмы".

Тотальный план, как и тотальный рынок, ограничен в своих возможностях. Пренебрегая законами рынка, подавляя экономическую инициативу, государство привело плановую экономику сначала к застою, а затем и к спаду.

Но вместо восстановления равновесия была выбрана другая крайность - отказ от активной политики развития. В результате мы пережили двойной кризис там, где могли бы избежать кризиса вообще. Сначала - кризис доведенной до абсурда плановой экономики, затем кризис столь же абсурдно свободного рынка без государственной политики, направленной на достижение национальных приоритетов развития, без ограничения хищнических, разрушительных для страны интересов.

Издержки реформ могли быть на порядок ниже, если бы они осуществлялись при сохранении роли государства и активной государственной политике. Тогда "шоковая терапия" не напоминала бы эксперименты безответственных врачей, испытывающих на заключенных непроверенные заморские снадобья, и не компрометировала бы сами понятия "реформа" и "реформаторы" в глазах миллионов граждан.

Государству необходимо возвращаться в экономику и кардинально менять свою экономическую роль, законодательно закрепляя свои стимулирующие, регулирующие, защитные функции. Активная государственная промышленная политика становится важнейшей экономической задачей, основной предпосылкой ускоренных и устойчивых темпов экономического развития.

Говоря об укреплении государственности как факторе экономического роста, я все время подчеркиваю одну ключевую мысль. Государство не может навязывать обществу свою экономическую программу, которая противоречит интересам, целям, стремлениям общества в целом или основных социальных групп. Наоборот, задача государства - выявить и энергично реализовать эти интересы в своей политике. Для этого и нужно эффективное государство.

Значит, возникает вопрос о механизмах такого выявления интересов, их интеграции в экономическую политику. Очевидный ответ - выборы. В идеале к власти придут именно те силы, в которых избиратели видят выразителей своих интересов.

Параметры роста

Президент РФ Владимир Путин поставил задачу - удвоение ВВП. Вы знаете, что мы выходим по итогам года на рост ВВП в 6,9% по сравнению с 2003 г. Это несколько меньше, чем в прошлом году, и меньше 7,3% - уровня, необходимого для удвоения ВВП. Мы слышим, что наши министры говорят о том, что это замедление абсолютно логично, предсказывалось ими и сделать ничего нельзя. По сути же мы видим, что фактически делается попытка объявить задачу, поставленную президентом, нереальной и вообще снять ее с повестки дня.

По моему мнению, правительство еще 2 года назад должно было четко в трех разрезах - отраслевом, временном и региональном - составить план действий, наметить ориентиры поэтапные, так называемый индикативный план, и начать его реализовать. До сих пор мы слышим разговоры о невозможности, но никаких практических предложений сделано не было.

Правительство не только не стремится выполнить то, что поставлено президентом перед ним, но и пытается нас уверить, что это невозможно, и опять же, следуя принципу постановки во главу угла неких макроэкономических задач, не занимается тем, чем, с моей точки зрения, должно заниматься правительство, - развитием регионов и развитием отраслей. Потому что это в совокупности и дает выигрыш - экономический и социальный - в жизни наших сограждан.

За историю уже ушедшего XX в. более 70 стран мира в разные периоды времени по разным основаниям решали эту задачу (именно этого рывка - удвоения, и даже утроения ВВП). И только почему-то самая богатая страна в мире (в данном случае я говорю не только о минерально-сырьевых запасах, в том числе нефти и газа, но и об интеллекте), по крайней мере, устами членов правительства, расписывается в том, что не может это сделать. Мне кажется, это абсолютно не правильно. Как же, с моей точки зрения, можно реализовать данную задачу? Я глубоко убежден (и справедливости ради надо отметить, что и правительство об этом говорит), что в 2 раза больше нефти и газа мы качать не будем.

Совершенно очевидно, что удвоение ВВП возможно только на пути изменения структуры нашей экономики с сырьевой на обрабатывающую. А в сфере обрабатывающей промышленности, конечно, главное слово за high-tech. Правительству давно надо было кроме нефтяной и газовой отрасли выделить еще 5 направлений (прорывных). В этих направлениях государство должно не какие-то игрушечные декларативные льготы вводить, а, во-первых, реально своими преференциями показать свои планы и видение будущего развития страны, во-вторых, дать бизнесу, любому капиталу возможность зарабатывать деньги, вкладывая их туда, куда необходимо государству, при этом зарабатывая деньги. К сожалению, это пока не сделано.

Отдельная тема - это наши золотовалютные запасы и Стабилизационный фонд. Вы знаете - это священная корова. Все, что угодно, только нельзя это трогать. Давайте отдавать долги - хорошая идея. Говорят о том, что, если эти деньги пустить на рынок, инфляция захлестнет все. Если правительство не знает, хочу подсказать: стоит важная проблема, которая стыкуется с проблемой обеспечения национальной безопасности, - это устройство южных границ России. Цена вопроса - 500-800 млн долл. Почему не пойти туда и почему не вложить туда деньги Стабилизационного фонда? Кстати, это ни на йоту не повлияет на инфляцию, потому что это не инфляционные затраты. Это нужно делать, и мы это будем делать. Если сейчас у нас есть деньги, почему бы, постоянно говоря о создании условий для безопасности наших граждан, не позаботиться об этом?

Совершенно очевидно: 50-60 млрд долл. - это тот ликвидный запас, которого достаточно, что называется "на черный день", если вдруг форс-мажор с нефтью и т.д., а все остальное лежит мертвым грузом. Почему мы должны кредитовать по очень льготной ставке, задаром, иностранные правительства, иностранные государства? Почему мы не думаем об инвестиционном развитии нашей экономики? А потому, что мы устами членов правительства говорим о том, что невозможно решить вопрос с ВВП, зато мы накопили большие запасы. Для кого? У нас любят смотреть на опыт разных так называемых продвинутых, в том числе и в экономике, государств. Возьмем ту же Норвегию. Я даже не буду брать Эмираты и многие арабские государства, богатые нефтью, где у них фонд называется прямо замечательно - "Будущее поколение". Хорошо, у нас другая экономика, другие аспекты, возможно, у нас нет еще каких-то моментов. Но возьмем северную страну Норвегию, там есть закон - 40% от доходов нефти вкладывается в ненефтяные сектора, обязательно, законом, для того, чтобы развивать другие сектора экономики. Почему бы не следовать этому примеру? Такие идеи, конечно, можно легко критиковать, но я не вижу, чтобы даже пробовали что-то сделать.

Инновации

Приоритетные задачи промышленной политики - это те сферы, в которых близорукость рынка, его нацеленность на непосредственную выгоду требует активного государственного регулирования. Прежде всего это реализация инновационного, "прорывного" развития экономики, а также обеспечение национальной безопасности и решение социальных проблем. Подчеркну, что эти задачи вытекают не только из природы закрепленного в Конституции курса на построение социального государства, но из самой логики преодоления сырьевой направленности экономического развития, из понимания того факта, что в повороте к высокотехнологичному производству именно человеческий капитал играет ведущую роль.

Главной точкой роста российской экономики должны стать наукоемкие отрасли промышленности, в которых еще сохранились интеллектуальные и технологические конкурентные преимущества, которые позволяют получать высокую интеллектуальную ренту в мировой экономике. Если по количеству ученых и инженеров в общей численности населения Россия занимает 3-е место в мире, после Японии и Швеции, то по качеству инновационной политики - только 59-е.

Как и в других развитых странах, государство должно помочь определить ключевые направления технологического развития на долгосрочную перспективу. Например, в Японии для этого разрабатывается прогноз того, какая новая продукция, какие технологии обеспечат выход на передовые рубежи технологического прогресса, например, через 10 лет. Во Франции с этой же целью обобщается мнение ведущих научных центров о ключевых технологиях на ближайшие 5-10 лет. Такие прогнозы затем становятся основой для формирования приоритетов, по которым государство оказывает поддержку предприятиям.

При этом необходимо учитывать тенденции мирового экономического и технологического развития, роль страны в международном разделении труда. Нужно оценить экспортный, а также энерго-, капитало- и "интеллектоемкий" потенциал различных отраслей промышленности. Нужно добиться, чтобы направления развития, определенные в качестве приоритетных, оказывали стимулирующее воздействие и на смежные отрасли. Тогда они будут приносить не только прямой, но и косвенный экономический эффект. К таким отраслям - потенциальным инновационным "локомотивам" - можно отнести биотехнологии, ракетно-космический комплекс, энергетику, авиационную и нефтехимическую промышленность.

Новые знания и создаваемые на их основе новые технологии дают в развитых странах до 90% прироста валового продукта. Те страны, которым удается создавать и экспортировать новые технологии, сегодня являются мировыми лидерами. Они занимают место на вершине пирамиды мировой экономики, обладают существенными конкурентными преимуществами в мировой торговле и сотрудничестве. Именно конкретные масштабные программы и общенациональные проекты, такие, например, как разработка истребителя пятого поколения или подготовка полета на Марс, способны дать импульс развития всей экономике, а не какой-либо отдельной отрасли или группе предприятий.

Мировой опыт показывает, что без активной государственной поддержки технологического развития инновационный рост экономики сильно тормозится даже в самых богатых странах. Для частных инвесторов современные масштабные научные разработки просто слишком дороги и слишком неопределенны по перспективам отдачи этих огромных затрат. Поэтому президент Буш предложил в 2005 г. увеличить государственные расходы США на гражданские научно-технические программы до рекордной суммы 132 млрд долл., что составляет 5,7% всех расходов бюджета. Дж. Буш подчеркивает, что такая политика - это двигатель для создания рабочих мест, повышения конкурентоспособности и подъема экономики США.

Для России все эти задачи ничуть не менее актуальны, чем для США. Но отечественный бизнес по сравнению с американским располагает несравненно меньшими ресурсами, которые, к тому же, чрезвычайно выгодно вкладывать в сырьевой экспорт и другие подобные проекты, далекие от решения приоритетных задач технологического развития страны. В этих условиях только активная государственная промышленная политика делает возможным инновационный путь экономического роста.

Малый бизнес

Еще одно важнейшее направление государственной политики - помощь в развитии малого бизнеса. Это именно та сфера экономики, в которой люди сами создают для себя рабочие места с высоким уровнем доходов. При этом сфера наиболее гибкая, наиболее восприимчивая к инновациям.

Вот уже полтора десятка лет государство называет поддержку малого бизнеса одним из приоритетов своей политики. Срок вполне достаточный, чтобы судить о результатах. Ну, допустим, еще рано говорить о том, чтобы выйти на уровень развитых стран. Но, казалось бы, при такой заботе можно ожидать хотя бы постоянного движения вперед? На самом деле картина выглядит совсем иначе.

После бурного взлета малого предпринимательства в первой половине 90-х гг. наступил явный застой. Сегодня количество малых предприятий, численность их работников меньше, чем в 1997 г. И это при исключительно благоприятных экономических условиях, при рекордных темпах роста экономики России за последние 5 лет.

Может быть, мы уже достигли какого-то естественного предела в развитии малых предприятий? Ничего подобного. За рубежом нормой является доля малого бизнеса в ВВП на уровне 70-80%. У нас она колеблется, по разным оценкам, от 12 до 20%. И раз мы уже несколько лет стоим на этом низком уровне, значит, условия для создания и развития малых предприятий в стране неблагоприятны, а система их государственной поддержки не выполняет своего назначения. Попробуем разобраться, в чем причины этого и какие действия нужно предпринять, чтобы их устранить.

В России устоялось выражение "рыночная экономика". Наши зарубежные партнеры используют термин "свободное предпринимательство". Казалось бы, мелочь, нюансы. Но, как говорится, дьявол прячется в деталях.

Например, в средневековой Европе, несомненно, существовал рынок. Но никакого свободного предпринимательства не было. У цехов и гильдий была официальная монополия на производство и продажу определенного продукта. В конце XIX и начале XX в. тресты буквально душили монопольными ценами и потребителя, и поставщика, и работника. Это тоже происходило в рыночной экономике. Сегодня в России сговорившиеся торговцы иногда просто не дают постороннему ничего продавать под страхом физической расправы. И это тоже рынок. Но рынок только для своих, для узкого круга, допущенного к "кормушке".

Почему такой рынок существует - понятно. Монополия - это всегда возможность получения крупных дополнительных доходов без особых усилий. Без новшеств, без сервиса, без развития. Надо только не пускать чужих. И монопольной ренты на это вполне хватает - чтобы поделиться с бандитами, с милицией, с чиновниками, которые кому надо разрешают, а кому не надо - запрещают. Но долго это продолжаться не может. Потому что невозможно остановить прогресс на всем земном шаре.

Известен классический пример. Япония почти на 300 лет закрылась от внешнего мира. В результате ее отставание стало таким, что в середине XIX в. ее насильно вынудили открыться снова. И только разногласия между великими державами позволили стране сохранить независимость, дали шанс провести модернизацию. И надо сказать, японцы этим шансом воспользовались на 200%.

Монопольная экономика губительна для страны. Зато она очень выгодна для тех, кто сумел «отрегулировать» рынок в свою пользу. Система свободного предпринимательства - прямая противоположность этому. Она вся строится на конкуренции, которая подгоняет, заставляет искать что-то новое, на чем можно обойти соперников, привлечь покупателей.

Вот почему она так эффективна. И создать это маленькое экономическое чудо очень просто - теоретически. Для этого нужна одна простая вещь. Любой человек, который готов взять на себя риск и хлопоты по ведению собственного дела, должен иметь возможность такое дело начать. И никто не вправе ему запретить или помешать.

На практике это сложнее, потому что бьет по карману тех, кто привык снимать в свою пользу монопольную ренту, ничего не делая. Чтобы решить эту проблему, государство должно стать эффективным, реальным защитником бизнеса. Видите, жизненные ситуации все время возвращают нас к теме укрепления государственности.

Связь с темой малого бизнеса очевидна. Новое предприятие, как правило, бывает именно малым. Средства у его создателей ограничены. Неизвестно еще, как примет рынок его продукт или услугу. Но не надо представлять себе экономику малых предприятий как целую страну ларьков и закусочных. Такой образ - результат непоследовательной политики, когда на словах провозглашается поддержка малого бизнеса, а на деле создаются условия, в которых он не может развиваться.

Автомобиль, транзисторный приемник, персональный компьютер - все это и многое другое было создано малыми предприятиями. Они удовлетворили спрос потребителей и поэтому быстро стали большими. Значительная часть малых предприятий во всем мире работает именно в сфере высоких технологий, в том числе по заказам крупных корпораций.

Огромный потенциал для такого развития есть и в России, которая славится талантливыми изобретателями, инженерами и учеными высочайшей квалификации. Известны интернет-проекты, которые создавались энтузиастами в свободное время, а теперь оцениваются рынком в миллионы долларов. Но это виртуальная экономика, которую пока невозможно монополизировать. А если говорить о технике, о производстве, то, как правило, изобретатель, пытающийся внедрить свое новшество, сталкивается с волокитой и отказами.

Сложилась парадоксальная ситуация. Для государства развитие малого бизнеса - это и повышение эффективности экономики, и создание новых рабочих мест, причем высокооплачиваемых. То есть одновременно достигаются и решение социальных проблем, и рост доходов бюджета. Для конкретных людей - повышение их благосостояния. А ведь есть еще и нематериальные факторы: возможность быть самому себе хозяином, выбрать интересную сферу деятельности, получать удовлетворение от работы. И тем не менее большинство граждан России даже не рассматривают возможность создания своего предприятия как альтернативу поиску работы по найму. Между тем за рубежом для множества людей такой вариант является не просто равноправным, а даже предпочтительным. Работа по найму зачастую рассматривается лишь как способ приобрести опыт и средства для открытия собственного дела.

Дело в том, что наши соотечественники трезво оценивают положение. Они прекрасно понимают, что декларируемая поддержка малого бизнеса будет формальной и не затронет существенных для дела сторон работы предприятия. А вот во всех действительно важных вопросах им предстоит столкнуться как минимум с пассивным, а порой и с активным сопротивлением со стороны чиновников.

Одна из причин этого - ложная установка на то, что малый бизнес нуждается именно в "поддержке", а не в совершенно ином отношении со стороны государства и местных властей. Поддерживать можно слабых, больных, тех, кто иначе не способен выжить. Малый бизнес - здоровое явление. В конце концов бизнес - это такое занятие, в результате которого люди зарабатывают деньги, а государство рассчитывает получить налоги.

В поддержке могут нуждаться отдельные люди, оказавшиеся в сравнительно неблагоприятных условиях. Например, если у них нет предпринимательского опыта или недостаточно собственных средств для вывода предприятия в нормальный режим работы. Для этого нужны образовательные, консультативные программы, специальный режим стартового кредитования и венчурного финансирования малых предприятий.

Но для бизнеса как такового лучшая поддержка - не мешать. Не мешать волокитой и вымогательством при получении бесчисленных разрешений и согласований. Не мешать монополизацией рынка коммерческой недвижимости и множеством других проявлений произвола, которые становятся все более утонченными по мере борьбы с известными его формами.

Малый бизнес имеет целый ряд конкурентных преимуществ перед крупным. В нем нет долгого процесса согласования управленческих решений - отсюда гибкость, способность очень быстро приспособиться к изменениям на рынке, занять востребованный потребителем сектор. Он не нуждается в сложной системе управления, учета и контроля, это дает большую экономию на накладных расходах. В малой группе обеспечивается высокая дисциплина и интенсивность труда.

И если, несмотря на эти преимущества, развитие малого бизнеса затормозилось, то лишь потому, что традиционный подход к его государственной поддержке оказался тупиковым путем. Эта "поддержка" не предполагает реальной ответственности за ее результат. Она не устраняет саму возможность произвола как такового. Выход видится в том, чтобы изменить сами критерии, по которым оценивается деятельность государственных органов по отношению к малому бизнесу, задать определенные требования и сделать ответственность за их соблюдение совершенно реальной и ощутимой.

Я сторонник активной роли государства в экономике. Но вижу эту роль не в мелочном контроле работы каждого предприятия. Это должны быть защита общенациональных экономических интересов, решение крупных задач государственного значения, создание благоприятных условий для роста экономики, для инноваций. Сфера малого бизнеса вполне способна к саморазвитию. Государство лишь должно обеспечить необходимый экономический и правовой климат, в котором малые предприятия не будут погибать, а смогут множиться и развиваться.

На мой взгляд, для этого необходимо решить две задачи. Во-первых, вместо программ "поддержки" разработать программы развития малого бизнеса - и на федеральном уровне, и на уровне субъектов Федерации. Эти программы должны определять конкретные количественные ориентиры и сроки их достижения, а также предусматривать источники и порядок использования ресурсов для этого. Тем самым задается динамика развития, создается управленческий механизм, направленный не на бесконечное поддержание самого процесса, а на достижение результата в четко установленные сроки.

Непременным требованием к таким программам должен быть принцип равных возможностей, одинакового отношения ко всем предпринимателям. То есть если, например, предусмотрено предоставление целевого льготного кредита создаваемым малым предприятиям, то каждое такое предприятие должно иметь возможность получить этот кредит, а не отдельные избранные. Если предусмотрено предоставление помещений для малых предприятий на определенных условиях, то опять-таки для всех. И из этого надо исходить, определяя размеры финансирования и другие параметры программ.

Во-вторых, назрела необходимость в разработке закона "Об ответственности за действия, препятствующие становлению и развитию малого предпринимательства". Название примерное, но смысл ясен. Сегодня законодательство фиксирует, главным образом, обязанности и требования к предпринимателям. Это необходимый элемент правовой системы. Но для равновесия его надо дополнить другим, не менее важным элементом. Определить права предпринимателя и ответственность за их нарушение. Тогда появится возможность преследовать в судебном порядке, наказывать виновных и возмещать ущерб не только за действие, но и за бездействие, наносящее вред.

Такие меры будут означать реализацию на деле системы свободного предпринимательства в противовес неопределенной "рыночной экономике". Она в России слишком часто принимает уродливые черты криминально-бюрократической монополии.

Банковская сфера

Недостаточное кредитование - одна из серьезнейших проблем отечественной экономики?

- Безусловно. Хотя за последние годы началось постепенное насыщение хозяйства ссудами и займами. Только в 2003 г. сумма выданных банками кредитов выросла на 42,6%. Этот показатель в два с лишним раза превышает темпы роста ВВП в номинальном выражении. Однако абсолютные показатели неудовлетворительны. Выдано кредитов менее чем на 3 трлн руб., или около 20% ВВП. Это в несколько раз меньше, чем показатели стабильно развивающихся стран. Даже eсли сохранятся нынешние темпы роста кредитования, понадобится еще 15-20 лет, чтобы предприятия получили необходимые для своего развития средства. И это в тот период, когда мы решаем стратегическую задачу повышения темпов экономического роста страны.

Из-за высоких рисков высока и стоимость банковских кредитов. Для многих клиентов они практически недоступны. Складывается ситуация, при которой остро нуждающиеся в деньгах отрасли практически не имеют доступа к источникам финансовых ресурсов. К тому же основная часть выданных займов — краткосрочные. Они помогают решить текущие задачи. А спрос на долгосрочные кредитные ресурсы удовлетворяется только на 20%. Фактически это означает, что экономика сейчас переживает самый настоящий кредитный голод.

В России совокупный капитал банков составляет 6,1% ВВП. Это в 3-5 раз меньше, чем в развитых государствах и даже в передовой группе развиваю­щихся стран. Ожидается, что по­сле перехода на международные стандарты финансовой отчетно­сти и связанной с этим переоценки активов данный показатель окажется еще ниже. Таким обра­зом, налицо острый недостаток капитала в банковской системе.

Что сдерживает приток инвестиций в кредитную систему?

- Целый ряд факторов. Во-первых, за привлечение средств банковский бизнес конкурирует с другими отраслями. Средняя рентабельность, которую кре­дитные организации получают в расчете на собственный капитал, - 15,4%. Это значительно ниже, чем во многих секторах экономики. Соответственно, многие инвесторы предпочитают иные направления вложения своих средств, а не инвестиции в банковскую сферу.

Возникает парадоксальная ситуация. Капитал идет не в банки, а в промышленность, прежде всего в отрасли, ориентированные на экспорт. Но именно это и ограничивает возможности финансирования реального сектора. Ведь каждый рубль основного капитала банков обернулся бы десятками рублей выданных предприятиям кредитов.

Во-вторых, за банками закреплено выполнение целого ряда несвойственных им функций. Громоздкой остается обязательная отчетность. Все это не только затрудняет работу банков в организационном плане, но еще и существенно повышает себестоимость их услуг, снижает рентабельность бизнеса.

В-третьих, чрезвычайно сложны нормы, регулирующие увели­чение капитала. Те немногочисленные потенциальные инвесторы, которые готовы вложить в развитие банка реальные деньги, вынуждены проходить жесткую проверку, доказывать свою состоятельность. Неудивительно, что в 2003 г. взносы акционеров в ус­тавный капитал банков обеспечи­ли лишь около 3% прироста ре­сурсной базы!

Постепенно изменяя законо­дательство, нужно структуриро­вать банковскую систему таким образом, чтобы часть кредитных организаций специализирова­лась на расчетах, часть - на раз­личных видах займов, а часть - на инвестиционной деятельно­сти. Одновременно надо стиму­лировать дружественные слия­ния банковских структур в це­лях повышения степени концен­трации банковского капитала. Но, подчеркну, без запретов и насильственных мер.

Налоговые реформы

Отдельным пластом лежит структура налогов. Если мы сравним с США, у нас очень похожий процент поступления налогов в валовом продукте: у нас - 32,9%, в США - 28,9%. Но если у нас в этой цифре население составляет только 0,3-0,4%, а остальное - бизнес, экономика, фирмы, то в США - примерно поровну. В то же время реальные поступления - всего лишь 5% от доходов населения. То есть 13% - на бумаге, а по сути всего лишь 5% собирается. И мы говорим, что у нас вот такой равный подоходный налог. Да в конце концов выигрывают от этого богатые, давайте называть вещи своими именами. Потому что даже налог на дивиденды - всего лишь 6%, а не 13%, и в России выгодно быть богатым и платить этот 13% подоходный налог. И потом мы говорим: где нам взять деньги на реализацию социальных программ, на реализацию того же 122-го федерального закона?

Бюджетный процесс

То, что у нас бюджет с профицитом, по моему мнению, это хорошо. Жить по средствам - это правильно. Профицит позволяет нам по итогам каждого квартала, как минимум полугодия, изменения и коррективы добавить туда, где мы сами видим и жизнь подсказывает, что в этом есть нужда. Что касается социальной направленности, конечно, мы видим, что в разы денег требуется больше на обеспечение лекарствами, на выплаты вместо льгот. И мы надеемся, что эти деньги послужат социальной защите граждан. Конкретный пример по лекарствам. Вот эти дополнительные миллиарды, десятки миллиардов на обеспечение лекарствами. Они в конечном итоге окажутся в виде лекарств у наших граждан - у пенсионеров, ветеранов - или окажутся на счетах фирм, которые поставят эти лекарства якобы для государственных нужд? Это принципиальный вопрос. Здесь мы создали специальную рабочую группу, которая будет работать постоянно, и мы будем отслеживать все эти механизмы реализации закона о бюджете. В целом я считаю, что бюджет очень качественный. Несмотря на разные точки зрения наших коллег, разные ситуации в регионах, разные политические пристрастия, все единогласно голосовали за бюджет. Это говорит о том, что, с точки зрения подготовки бюджета, правительству можно ставить пятерку.

Региональное развитие

Надо узаконить правила оценки работы губернатора. Вступая в должность, глава региона издает план социально-экономического развития: какая будет средняя зарплата, сколько будет построено жилья, какова будет плата за проезд на транспорте и т.п. И не надо изобретать велосипед: составить таблицу, записав сегодняшнее состояние дел по 20-30 параметрам, а через год-два проверить. Тенденция будет видна сразу. И сейчас самое удобное время, чтобы узаконить такую схему: после принятия федерального закона о новом порядке избрания глав регионов потребуется внесение изменений в уставы и законы субъектов РФ. Думаю, что такое нововведение было бы принято населением на ура. Ведь даже если глава региона вынужден будет идти на какие-то непопулярные меры, его могут поддержать, если он сумеет объяснить, зачем такие реформы нужны. Чего нам не хватает - так это того, чтобы власть объясняла народу свои действия.

Местное самоуправление

Уверен, что в отношении местного самоуправления принцип выборности должен соблюдаться неукоснительно. По крайней мере на уровне районов и поселков. Могу привести пример Санкт-Петербурга: там все члены муниципальных советов избираются, а потом совет из своего состава выбирает председателя. В некоторых советах предпочитают не избирать главу, а нанимать администратора со стороны. Но в принципе, как будут строиться муниципальные советы, не важно. Главное, чтобы органы местного самоуправления базировались на самодеятельности граждан. И не надо забывать, что в отличие от Запада у нас организация органов местного самоуправления только-только выстраивается, так что не следует требовать от этого процесса многого.

Миронов Сергей Михайлович. В 1994-2001 гг. - депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, с 1995 г. - первый заместитель председателя, в 1998 г. - председатель Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, в 2000 г. - заместитель председателя Законодательного Собрания Санкт-Петербурга. С 2001 г. - член Совета Федерации ФС РФ - представитель в Совете Федерации ФС РФ от Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, член Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и судебно-правовым вопросам, Комиссии Совета Федерации по регламенту и парламентским процедурам, заместитель председателя Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и судебно-правовым вопросам. В 2001 г. избран Председателем Совета Федерации ФС РФ. Является Председателем Совета Межпарламентской Ассамблеи государств - участников СНГ и председателем Российской партии ЖИЗНИ.

Приглашаем Вас принять участие в работе нашего журнала! Присылайте предложения о сотрудничестве, по тематике материалов, свои статьи и замечания на электронный адрес редакции. Также приглашаем Вас принять участие в организуемых журналом мероприятиях (конференциях, круглых столах, обсуждениях).

Материал из журнала "Право и инвестиции". Тексты статей всех выпусков журнала доступны в архиве. Условия подписки на печатную версию Вы можете узнать на сайте журнала. Подписной индекс печатной версии журнала в объединенном каталоге "Пресса России" – 83171. Подписной индекс в каталоге «Газеты.Журналы» Роспечати – 82831. Почтовый адрес редакции: 101000, Москва, Главпочтамт, а/я 470. Телефон (495) 778-0319. (C) 1999 - 2014 "Право и инвестиции".

 
Rambler's Top100Rambler's Top100